Начальник Воронцовского маяка Иван Цихович: «В моей жизни ничего не было просто»

Стоя на берегу и внимательно вслушиваясь в пробивающийся сквозь плотный туман очередной гудок наутофона маяка, Иван Тимофеевич слегка наклоняет голову, а по глазам можно прочитать короткое: «Верно служишь, друг…»

«Он буквально живет маяком», — так говорят в Одесском порту о ветеране маячной службы, начальнике Воронцовского маяка Иване Циховиче.

 

Маяк Воронцовский. Географические координаты: широта – 46° 29.8' N, долгота – 30° 45.7' Е. Построен в 1845 году в Одесском порту. Расположен на оконечности Карантинного мола. За этой короткой характеристикой стоит целая эпоха маяков и жизненный путь героя нашего повествования. Начальнику маяка Воронцовский отдела маячной службы ФДУ «Одесский район Госгидрографии» Ивану Циховичу – 85! И лишь седые волосы на голове, напоминающие белоснежную морскую пену, отдаленно указывают на его почтенный возраст. Из 85-ти лет 62 года Иван Тимофеевич отдал маяку, вместе с ним спасая моряков и указывая путь судам.

 

«Сердце» маяка

Воронцовский маяк хоть и работает на дистанционном управлении с берега, тем не менее маячная служба постоянно следит за его состоянием и исправностью оборудования. Иван Тимофеевич не только руководит процессом, но и сам лично регулярно ходит на маяк. Чтобы добраться непосредственно до сооружения, ему необходимо преодолеть почти 700 метров по изогнутому дугой брекватеру. С берега за ним в бинокль обязательно наблюдает супруга Галина Николаевна. Признается: каждый раз, когда муж идет по волнолому, переживает и волнуется.

На маяке проверяет, все ли в исправности, где что надо «подлатать». Потом еще немного постоит, вслушиваясь в бесконечную даль, и неторопливо возвращается на берег.

В пункте дистанционного управления маяком (ДПУ) — полный порядок. Записи в вахтенном журнале – минута в минуту, периодическая проверка рабочего состояния тумблеров и переключателей, контрольный подъем трубки телефонного аппарата. Ведь вдруг какое ЧП, как например, в прошлом году на Рождество случилось короткое замыкание и маяк в считанные секунды был обесточен, надо оперативно отреагировать и устранить неполадки. Работы достаточно, отмечает смотритель. «А, впрочем, идемте, увидите сами», — приглашает.

Маленькое одноэтажное здание на краю причала служит капитанским мостиком для маячной вахты и одновременно «сердцем» маяка. Через маленький коридорчик попадаем в небольшую комнатку. Диван, пару стульев, рабочий стол, на котором лежит раскрытый вахтенный журнал и дисковый телефонный аппарат. В противоположном углу – голубой железный шкаф с рядами кнопочек и тумблеров.

Иван Тимофеевич просматривает свежие записи вахтенного. В соответствии с приказом, отметки о работе маяка в журнале нужно ставить строго четыре раза в сутки.

Проверив исправность собранного когда-то собственными руками оборудования для дистанционного управления, усаживается поудобнее и не торопясь продолжает рассказывать о Воронцовском.

 

Сегодня работа на маяке гораздо легче, но в далекие 50-е — это было настоящее испытание, вспоминает. В зимнее время высоченные волны, накатываясь друг за дружкой на маяк, оставляли на его стенах воду, которая мгновенно замерзала и превращала сооружение в фантасмагорический дворец. Высота волн была такой, что колокол, висящий на высоте 8-ми метров над палубой, становился ледяной глыбой.

Порой, когда бушевала непогода, ни на берег, ни с берега невозможно было добраться, и вахтенные по несколько суток находились на маяке. Чтобы не замерзнуть, приходилось круглосуточно топить печку «буржуйку». За зиму сжигали до шести тонн угля.

Портной, шофер, радист

В армии Иван Тимофеевич служил радистом. После демобилизации вернулся в родной Котовск, но ненадолго. Решил ехать в Одессу, учиться. «Зачем? У тебя уже есть три специальности!» — недоумевала мама. В 22 года Иван Тимофеевич был неплохим портным 5-го разряда, имел водительские права шофера 3-го класса и был первоклассным радистом. Но желание поступить в Одесский техникум электросвязи превозмогло родительские доводы.

Поступив на вечерний курс, новоиспеченный студент Цихович в поисках работы принимает решение попытать счастья в службе Аэрофлота. «Возьмете на работу?» «А ты кто?» «Радист первого класса». «Возьмем. Приходи в понедельник». Вот такой короткий диалог состоялся у молодого человека с подполковником службы отдела кадров Аэрофлота.

Приободренный, шагая по городу, Иван Тимофеевич случайно столкнулся со знакомым, с которым вместе искали работу. «В морскую воинскую часть требуется радист», – между прочим обронил собеседник.

Долго не раздумывая, в понедельник с утра поспешил по указанному адресу. «На Воронцовский маяк нужен радист. Пойдешь?» «Да, пойду». И 21 марта 1956 года Иван Тимофеевич приступает к службе на маяке в должности старшего радиста Воронцовской группы ЗНО в/ч 45734.

Видел трагедию «Моздока»

….На улице сырая погода, а море с ночи заволокло туманом. Через каких-то 20 метров не видно ни брекватера, ни воды, лишь минорно гудит наутофон. У него своя «мелодия»: гудок — 4 секунды, затем 15-20 секунд – перерыв, гудок, снова перерыв…

Неожиданно в ритмичное гудение вклинивается протяжный звонкий гудок. «Судно. Наверное, выходит или заходит», — по привычке комментирует Иван Тимофеевич и продолжает свой рассказ.

В феврале 1993 года маяку сильно досталось, вспоминает очередную «маячную» историю. Море, как обычно бывает в эту пору года, заволокло туманом. В 15:20 по киевскому времени 44-тысячный контейнеровоз, выходя из порта, буквально протаранил маяк. Повреждения восстанавливали целый год.

Помнит Иван Тимофеевич и еще одно ЧП, которое на долгие годы аукнулось Черному морю. В январе далекого 1972 года, на рейде затонул сухогруз «Моздок», груженный дустом. Причиной гибели судна послужило столкновение с болгарским танкером «Лом», который сорвался с якоря.

К слову, отмечает маячник, в те сутки случился аномальный перепад температуры: днем было +17, а ночью ртутный столбик термометра опустился до -22. Море закипело.

«Лом» взорвался, и в считанные часы оба судна ушли под воду. Без жертв тоже не обошлось, а заполненные дустом бочки раскидало по дну всей акватории. После такой техногенной катастрофы Черное море «приходило в себя» не один десяток лет.

С Черным морем нельзя шутить

У Черного моря – крутой нрав, с ним не стоит фамильярничать. Иван Тимофеевич на себе испытал это, когда зимой 1957 года едва не утонул в ледяной пучине, возвращаясь с вахты.

1 января, очередная пересмена. С утра погода еще была сносной и сменные вахтенные успели пройти на маяк. Но за считанные минуты все изменилось. Воду сплошной пеленой накрыл густой туман, поднялся шторм и волны начали с силой перекатываться через брекватер.

Маячники решают все-таки пробиться на берег. Иван Тимофеевич идет впереди, пробивая ломом заледеневшую дорожку, напарник – сзади. Неожиданная волна сбивает с ног второго вахтенного. Иван Тимофеевич помогает ему подняться, но сделать следующий шаг им не удается. Полутораметровая лавина ледяной воды с силой обрушивается на волнолом и обоих смывает в бухту.

Оценив ситуацию, наш герой бросает напарнику свой непромокаемый чемодачник, который привез из армии, чтобы тот удержался на плаву. А сам пытается подплыть к стенке. Но безрезультатно. Раз за разом волна откидывает его назад словно поплавок. Второго вахтенного унесло за 100 метров от места падения и в густом тумане лишь слышался крик о помощи.

Температура воды – минус 0,9 градусов. Одежда стала как бетонный кафтан, вода подкатывала к горлу, а силы слабели с каждой секундой…

Тем временем находящиеся на берегу матросы бросились на помощь. Спустили баркас, в тумане нашли и вытащили вахтенного, а затем и Ивана Тимофеевича. Сразу же отнесли в помещение, переодели, одели валенки и заставили прыгать что есть мочи. «Ноги были белые, как снег», — вспоминает. В ледяной воде пробыли 25 минут. Если бы ни молодость да хорошая физическая подготовка – вряд ли бы остались в живых…

После этого происшествия Иван Тимофеевич решил перевести работу маяка на дистанционное управление.

«Знаете, что такое кризис? Я вам расскажу! Человек думает: «Вот, завтра я буду жить хорошо!» Приходит «завтра», и он понимает, что это неделю тому назад он жил хорошо», — Иван Тимофеевич, смеясь, вспоминает шутку своего друга.

«В моей жизни ничего так просто не было…», — начальник Воронцовского маяка на секунду замолкает под тяжестью воспоминаний, но тут же бодро произносит: «Вот сейчас проведем 85-й и будет жить дальше!»

Лариса Ерошкина

 

Читайте также

Итоги ХХ Всеукраинского Дня Логиста

Участниками мероприятия стали более 150 ТОП-менеджеров логистики компаний производителей, ритейлеров, дистрибьюторов, а также представителей смежных отраслей украинского бизнеса. Учредитель конференции — В2В медиа-группа TradeMasterGroup. Международнй мосркой...

Границу от Измаила до Мариуполя будет контролировать Управление морской охраны

Развернутое Региональное управление морской охраны возьмет под охрану морскую границу от Измаила до Мариуполя на всей протяженности водной акватории. «До конца года будет развернуто новое...

Комментарии